ЛИТЕРАТУРНЫЙ КАЛЕЙДОСКОП

Какой он, современный мир, по мнению автора? О коллизиях и безумии охватившем все человечество и многом другом, что приближает цивилизацию к самоуничтожению вы узнаете из сочинений различных жанров представленных автором на этом сайте. Возможно сайт инакомыслия найдет своего читателя и будет интересен многим нестандартно мыслящим людям.

«Я НЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ЗАТЕМ, ЧТО Я ЛЮБЛЮ»(миниатюра)

 

«Бывает нечто, о чём говорят: «смотри вот это новое»; но [это] было уже в веках, бывших прежде нас. (Экклесиаст)

 Я прочитал в интернете, в блоге, у совсем молодой девушки, с которой вел переписку,   замечательную запись, почти исповедь, рассказ о перипетиях любви,  и душевных муках, которые приносит ей любовь. Она любит и не может заставить себя не любить. Она пытается отрываться, устраивает для себя экстрим, только, чтобы забыть и забыться. Ей кажется, что если с ней что-то произойдёт страшное, но не смертельное, поправимое, это поможет вернуть ей любовь, её любимого. Ведь он не сказал нет. И они не расстались. Она ждёт, надеется и доверяет свои сокровенные мысли другим. Она хочет этого. Ей не нужно их сочувствие.  И конечно не нужны их советы. Нет. Ей не хочется оставаться со своими мыслями одной, выговориться, значит облегчить душу, это как катарсис, после которого всегда наступает облегчение. Я прочитал это откровение, эти слова мятущегося от любви человека, девушки, которая не могла определиться со своими переживаниями. Она говорила о себе, и невольно чувство, которое не покидало её  и заставляло страдать, забыть обо всём на свете, снова и снова возвращаться к его истокам  и переживать всё заново, как будто в собственном мазохизме было спасение, как резонирующая струна напомнило мне  моё прошлое, в котором я увидел себя вот таким же измученным, безнадёжно влюбленным,  желающим любви и в тоже время почти проклинающим её, ищущим в забвении от неё избавления от страданий.   Конечно, девушка вылечится от своей любви, потому что это уже не любовь, а мука. Она найдёт в себе силы и справится со своим чувством, как каким-нибудь простудным заболеванием, температура нормализуется и она пойдёт на поправку. Иногда, как порывистый ветер, будут налетать приступы одиночества, но и это постепенно пройдёт. Знаю по себе. Я вылечился от любви, но чего мне это стоило. Я думал, что такое со мной в последний раз. Оказалось это может случиться не раз и горько-сладкие муки любви, могут повторяться и с новой силой терзать человека.  Вот о таком   часто встречающемся  заболевании, имя которому любовь, я вспомнил исповедь девушки, чтобы рассказать  о своем случае очередного «затмения сердца»  в качестве  утешения тем, кто страдает от любви и не знает что делать. Кто «сошёл с ума» от любви. Очень редко  случается так, как поётся в песне: «на тебе сошёлся клином белый свет». Потому что всегда в самой безнадёжной ситуации, есть выход.

    Я опять был влюблен,  любовь поразила меня в самое сердце, я не мог дышать и думать без своей возлюбленной. Мне не хотелось расставаться с ней даже на полчаса. Вот только  моя любовь была безнадёжной. Всё было против того, чтобы  я с той, в кого  влюбился с первого взгляда, остался навсегда вместе. Здесь в городе она оказалась случайно, приехала ненадолго, посмотреть  городские достопримечательности, сходить куда-нибудь в хороший ресторан, немного развлечься, отдохнуть от привычной обстановки, семьи, просто побродить по прекрасному городу, хотелось побыть одной. Завтра она улетала. Мне казалось я схожу  с ума от безысходности, от чувства, которое, не спрашивая меня, поселилось во мне так глубоко и с такой испепеляющей силой, что я был бессилен справиться с ним. Я был близок к отчаянию. И вспомнил чилийского поэта Пабло Неруду. Когда-то его стихи, как ни странно, вылечили меня от любви, почти в такой же ситуации. Не то чтобы я очень люблю этого поэта, да ещё в переводе. Что остаётся при переводе от стихов? Содержание, форма, размер стиха, рифма  и наверно всё, в общем, иногда получается неплохой плагиат оригинала. В случае с Пабло Нерудой меня устраивали его переводчики. В общем, его стихи опять понадобились мне. На меня нашло какое-то умопомрачение, мне казалось, я погибну, если потеряю свою новую любовь. Что бы я ни делал, я думал только о ней, если её не было рядом, мне было тоскливо, она была со мной,  я боялся отпустить её и на минуту,  конечно, это было «затмение сердца». Из прежнего, горького опыта я знал, что оно пройдёт, но только после разлуки. Я вспомнил свою прежнюю любовь, своё отчаяние, бессмысленность, жестокость происходящего тогда со мной и мне стало страшно. Я боялся повторить пройденное, не хотел этого и не знал, что мне делать сейчас.  И опять стал читать Пабло Неруду, его «Сто сонетов о любви», которые не забыл  и повторял, как  молитву до тех пор, пока мне не становилось легче. Это был мой морфий. Боль растворялась во мне, как только я начинал читать стихи, именно то, что мне было нужно сейчас. Стихи были созвучны моему настроению, чувствам, желанию, действовали как гипноз, успокаивали, утешали меня. Боль предстоящего расставания куда-то пряталась, и редко напоминала о себе, как какое-нибудь эхо далёкого горного обвала. Стихи Стихи Пабло Неруды хранились в памяти сердца и сегодня они вновь звучали во мне:

«Не уходи далеко ни на день,
затем, что — как расскажешь? -день так долог,
и я прожду тебя, как на вокзале
ждут поезда, который где-то спит.

Не уходи далеко ни на час,
не оставляй меня ни на минуту!
Ты и за миг так далеко уйдешь,
Что я пройду весь мир с одним вопросом:
Мне ждать тебя иль умереть скорей»? 

Конечно, если бы времени отпущенного нам на любовь было бы достаточно, я не испытывал такой тоски, которая буквально грызла меня, не смотря на то, что любимая была рядом. На этот раз любовь оказалась взаимной. Мы старались утолить её как могли, но она делалась ещё сильней. Всего несколько дней назад я не знал о её существовании, а сегодня мне, казалось, мы были вместе вечность. Утром к подъезду гостиницы  подкатила машина я сел в неё со своей любимой, и мы поехали в аэропорт. Я не мог насмотреться на неё.  Я думал, что вот сейчас она сядет в самолёт, самолёт взлетит, растает в облаках и также растают в моей памяти черты её лица, ставшего самым дорогим для меня на свете. Я сказал ей об этом, и она прочитала мне «Розу Иерихона», русского писателя Ивана Бунина, всего пару строк: «В живую воду сердца, в чистую влагу любви, печали и нежности погружаю я корни и стебли моего прошлого – и вот опять, опять дивно прозябает мой заветный злак».
Она помолчала, чтобы рассеялся туман очарования навеянный строками.
— «Старайся чаще вспоминать меня, думать обо мне, говорить со мной по телефону и, быть может, мы уже скоро опять будем вместе. И ты не забудешь меня», — сказала она.
Мы зашли в бар взяли шампанского выпили. Я всё  время смотрел на неё. В баре было темно. Светильников за стойкой не было. Маленькие с отражателями лампочки были спрятаны в подвесном, черного цвета, потолке. Они едва освещали лица посетителей сидящих за стойкой бара. В зале было почти пусто. Несколько посетителей сидели за стойкой далеко от нас. Я смотрел на свою любимую и не мог наглядеться. Мне казалось, что вот, сейчас, она встанет, уйдет, а я так и не запомнил её лица.
— Всё, мне пора, — сказала она. Мы встали и пошли к выходу. У самых дверей, я не удержался и придержал свою подругу, прижал к стене.
Я обнял её, поцеловал, посмотрел в её глаза и отпустил.
— Дальше я пойду одна, так будет лучше, — попросила она. Прошла несколько шагов обернулась, улыбнулась мне, открыла дверь, и исчезла за ней. Больше мы никогда не виделись.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *